Москва, Чистопрудный б-р, д. 5. Тел. +7 (985) 928-85-74, E-mail: cleargallery@gmail.com

Главная Страница
Проекты
Художники
Статьи
Журнал Собранiе
Видео
Контакты
Друзья Галереи
 

Партнеры:

Валерий Пьянов

      Валерий Пьянов (1940-2012) - русский художник-нонконформист, представитель московского андеграунда 1960-х  - 1980-х годов, специалист в области реставрации древнерусской живописи. В 70-х - 80-х годах в составе групп «21», «17», «Мир живописи» и др. принимал активное участие в выставочной деятельности Живописной секции Московского объединенного комитета художников-графиков в легендарном выставочном зале на Малой Грузинской.
      Валерий Александрович Пьянов родился в 1940 году в Москве. Окончил Центральную Художественную  школу.  Становление  Валерия  Пьянова, как реставратора и художника, происходило под руководством братьев Чураковых: Степана Сергеевича (главного участника поисков, спасения и реставрации картин Дрезденской галереи в 1945 году) и Сергея Сергеевича (известного специалиста по древнерусскому искусству, автору ряда инновационных для того времени методов консервации и реставрации древнерусской фресковой живописи).
    Работа в Центральных художественно-реставрационных мастерских (ныне - «Всероссийский художественный научно-реставрационный центр имени академика И. Э. Грабаря» (ВХНРЦ) - старейшая государственная реставрационная организация России) - оказывает значительно влияние на творчество Валерия Пьянова. Его многослойная манера письма, как в работах реалистического толка, так и в абстрактных, созвучна полифоническому строю древних икон, на которых гармонично сосуществуют и взаимоперекликаются живописные слои различных эпох, бережно сохраненные рукой реставратора. Любовь к Былому, почти исчезнувшему, видимому лишь опытному глазу, но, в тоже время, определяющему формы Настоящего, лежит в основе живописного метода В. Пьянова.
    Там же, в Центральных художественно-реставрационных мастерских проходят и первые художественные выставки художника. Атмосфера в реставрационных кругах всегда была достаточно вольной, располагающей к творческим поискам. Валерий Пьянов имел возможность посещать художественные хранилища музеев с русским авангардом, скрываемым от посторонних глаз, и «закрытые» фонды библиотек. Все это позволяло художнику, до известной степени, избегать тех трений с советской властью, которые претерпевали многие его коллеги-художники, днем работавшие в котельной, а вечерами устраивавшие нелегальные «квартирные» выставки с последующими арестами.
     В 70-х годах он тесно сходится с представителями московского андеграунда. Организует ряд художественных акций. Вступает в Московский Горком художников-графиков на Малой Грузинской, где выставляется с Плавинским, Немухиным, Кабаковым, Рабиным, Вечтомовым, Снегуром и др. Среди его близких друзей - Зверев, Бордачев, Бич, Колейчук, Блезе, Кандауров, Туманов, Лепин.
     На протяжении всей жизни В. Пьянова, художественная и реставрационная деятельность взаимодополняли и обогащали друг-друга. Валерий Пьянов участвовал и руководил реставрационными работами памятников живописи XII-XVII веков в Великом Новгороде, Ярославле, Ростове Великом, Боровске, Соликамске, в течение восьми лет работал над реставрацией соборов Московского Кремля, собора Смоленской Богоматери и Новодевичьего монастыря, реставрировал алтарную часть Троицкого Собора Свято-Данилова монастыря. Принимал  участие  в  реставрации  работы Рембрандта «Артаксеркс, Аман и Эсфирь» (ГМИИ им. Пушкина). Впоследствии работал над восстановлением Трапезной палаты в Оптиной Пустыне.
     Возглавляя бригаду реставраторов в Церкви Спаса Преображения в Великом Новгороде, открыл, ранее неизвестные, фрески выдающегося византийского живописца Феофана Грека, однако был отстранен от дальнейшего руководства реставрационными работами ввиду своей «политической неблагонадежности».
     В  1991  г.  в  рамках  международного  реставрационного проекта участвовал в восстановление фресок XI—XVII веков в часовне Св. Анастасии в Сале-Сан-Джованни (Италия), за что был удостоен аудиенции Его Святейшества папы римского Иоанна Павла II, которому преподнес в дар одну из своих картин. Несмотря на определенные сложности в работе с итальянскими специалистами, принадлежащими к иной реставрационной школе, Валерием Пьяновым  была  произведена  сложнейшая  операция послойного демонтажа со стен храма фресок различных периодов, написанных одна над другой, что позволило раскрыть не только первоначальные росписи XI века, но и сохранить ряд изображений более поздних периодов, также имеющих несомненную художественную ценность.
     Образ  жизни  художника-реставратора  позволил Валерию Пьянову много путешествовать по России. Ярославль, Ростов Великий, Боровск, Соликамск, Пермь, Псков, Владимир, Вологда и другие города подробно исследуются В. Пьяновым и становятся предметами его художественного осмысления. Особое место в жизни и творчество художника занимает Великий Новгород. Этому городу, в котором он познакомился со своей супругой, Татьяной Ивановной Калининой, Валерий Пьянов посвятил несколько циклов своих живописных полотен. Излюбленной «натурой» для него становятся образы Новгородского Кремля, церковь Петра и Павла в Кожевниках, церковь Параскевы-Пятницы на Ярослововом Дворище, рыбацкие соймы на Волхове и просторах озера Ильмень. Приглушенный колорит и экспрессивная манера письма, характерные для новгородской фресковой живописи, находят благодатную почву в душе художника и обретают новое современное звучание.
     Падение «железного занавеса» в конце 80-х вносит в его жизнь новые впечатления. В 1987 году он впервые покидает родную страну и, по приглашению своего друга, русско-французского скульптора Олега Бурова, отправляется во Францию, где проводит несколько месяцев. Он посещает не только Париж и его предместья, но и путешествует по Бретани, Бургундии, Провансу, Вандее. Краски Франции  обогащают  суровую  палитру  художника, добавляя обертоны живописному строю его произведений.
     Французские впечатления дают началу целому циклу его произведений. Шпили Шартра, устремленные ввысь, и замкнутое на себе пространство острова Сан-Мишель навсегда остаются для художника одними из ключевых сюжетов. Таинственным образом западные архитектурные формы начинают перекликаться с архитектурой Руси, переходя друг в друга по законам контрапункта, вступая в мистическую связь и трансформируясь, в конечном итоге, в некие архитектурные фантазии - «инвенции», как их обозначает автор. Такова, к примеру, «Архитектурная инвенция» 2000-го года, на которой виды Новгородского кремля просвечивают сквозь образы средневекового европейского города. Это диалог культур и эпох.
     После поездки во Францию начинается длительный период путешествий. На полотнах начинают появляться реалии Австрии, Германии, Италии, Испании, Швеции и др. стран. Работы с натуры - серии этюдов - по возвращении на родину осмысляются по-новому. Реализм перетекает в абстракцию, реальность - в миф.  Образы Пизанской башни, Колизея принимают архетипические черты.
     Валерий Пьянов - тонкий поэт архитектурного пейзажа и интерьера. По выражению художника и искусствоведа О. Кондаурова, он  «держит реалии древнерусской стенописи «на слуху», помнит церковный интерьер и экстерьер «на ощупь».
     Основным предметом художественного исследования становится для В. Пьянова архитектурный ансамбль, трактуемый им как воплощение национального духа. Памятники русского зодчества, а позднее европейского и восточного, выступают на полотнах художника в качестве знаков некоего праязыка мировой культуры.
     В 60-х - 70-х годы художник сохраняет свою связь с реалистической традицией. Его стиль близок к экспрессионизму. Позднее архитектурные образы формализуются, становятся все более абстрактными, оставаясь, однако, при этом всегда узнаваемыми. Размышления художника об истории России воплощены в живописных циклах «Российский Вавилон» и «Российские  Помпеи»,  создаваемых на протяжении многих лет. В образах запечатленных  на  картинах  руин  всегда  присутствует  надежда  на  их возрождение.  Хаосу  и  энтропии  Валерий Пьянов противопоставляет христианские ценности, нашедшие своё воплощение в образах православных подвижников («Варлаам Хутынский»), в  полотнах  евангельского  цикла («Вознесение», «Преображение»); в картинах, разрабатывающих вопросы христианской теологии («Сферическая книга»),  работах, посвященных сюжетам Старого Завета   («Сусанна и старцы», «Библейский сюжет».
     В творчестве Валерия Пьянова осуществлен синтез древнерусской художественной традиции и модернистских живописных приемов.
     Работы  Валерия  Пьянова  находятся  в  Коллекции нонконформистского искусства из Советского Союза Нортона и Нэнси Додж (Музей Джейн Вурхис Зиммерли при кампусе Нью-Брансуик Рутгерского университета в Нью-Джерси, США), в Художественном  фонде  Татьяны  и  Натальи Колодзей   (Kolodzei Art Foundation, Inc., USA), в Музее храма Христа Спасителя, в музее Ватикана, в Музее Современного Искусства в Стокгольме, в Музее «Другое искусство», в художественном собрании Югорского  Акционерного  Банка,  собрании Э. Фукса, в частных коллекциях Европы, Австралии, ЮАР, стран Северной и Южной Америки.